23 июня в 10 часов утра мы ушли на восток в сторону Минска. По дороге мы узнали, что был предательский приказ освободить танки, машины от горючего – готовились [?] учения. Ни один танк, ни самолет с гродненского полигона не поднялся. Гарнизон о войне услышал внезапно, как и мы. Семьи не были эвакуированы и жены с детьми шли в Россию. Немецкие самолеты очень низко опускались и с пулеметов расстреливали шедших по дороге. Военных машин не было, никакой военной техники по дороге не было. Мы пришли в этот день в город Лиду. Там было спокойно.
Чушь полная, или ахинея, как кому больше нравится. Одна бабушка сказала...
Что такое вообще "гродненский полигон" и какое отношение к нему имели самолеты? Был полигон, как и сейчас, в районе Гожи, там находилось незначительное в процентном отношении от войск армии количество личного состава. 56-я стрелковая находилась в летних лагерях в районе Августовского канала, смутно вспоминаю, что до двух батальонов, возможно, в районе Гожи. 85-я дивизия без одного полка - в своих лагерях в Румлево. Много личного состава было выделено на строительство Гродненского УРа. Авиация размещалась на своих аэродромах в Каролино, Лесище, Черлена и т.д. Танки - в парках в Колбасино (Чеховщизна), Фолюш, в/г на Пролетарской. Часть артиллерии действительно была на полигонах, но, в то же время, часть оставалась в ППД, так, без номеров и подробностей, два артполка действовали в районе Лососянки вместе с 85 дивизией с утра 22 июня, один тяжелый артполк выходил по тревоге из городка на Пролетарской, сам слышал воспоминания участника первых боев. Если в чем то ошибаюсь, так как все пишу по памяти, то несущественно, бабка же несет ахинею.